Пропавшая грамота

За обучение в гимназии платили 50, а то и 100 руб. за год. Расценки были продиктованы желанием власти сохранить эти учебные заведения для элиты и ограничить доступ малоимущих слоев к такого образования. Но и детям чиновников, как видим из письма Варвары Булгаковой (кстати, с такой же проблемой сталкивалась семья еще одного будущего писателя - Константина Паустовского), время было не под силу платить такие суммы за образование своих детей.

Но и детям чиновников, как видим из письма Варвары Булгаковой (кстати, с такой же проблемой сталкивалась семья еще одного будущего писателя - Константина Паустовского), время было не под силу платить такие суммы за образование своих детей

Константин Паустовский

Михаил Булгаков

Однако молодые потомки благородных фамилий могли рассчитывать на льготы. Детям простолюдинов, которым посчастливилось переступить порог гимназий, было довольно сложно получить подобные уступки. Кроме того, некоторым социальным слоям вообще было запрещено отдавать своих детей в подобных заведений. В 1887 году, в период так называемых контрреформ, министр народного просвещения Иван Делянов выдал пресловутый циркуляр о «кухаркиных детей», официально запрещавший принимать в гимназии «детей кучеров, лакеев, прачек, мелких лавочников и тому подобных людей».

При всем административного давления и дворянской селекции гимназии оставались хотя и элитными, но нерентабельными учебными заведениями. Сбор с учеников покрывал лишь 28% их расходов. Остальные средства гимназии получали из бюджета и других источников.

Долгое время подход к системе образования в Российской империи основывался на принципе: грамотных должно быть столько, сколько этого нужно империи для подготовки чиновников, коммерсантов, медиков, священников. Но впоследствии экономический прогресс значительно увеличил количество профессий, требующих хотя бы начальных знаний, и обычном трудяге все чаще приходилось работать с механизмами, к которым невежды лучше было не подпускать. Между тем имеющихся школ хронически не хватало. В 1874 году в Киеве только 44,7% населения называли себя грамотными, среди женщин таких было 30%.

При Александре II началась реформа, которая существенно изменила систему образования. В частности, заботы о начальном образовании были распределены между ведомством народного образования (учебными округами) и местными властями. Появились городские училищные совета. Общественным организациям и частным лицам тоже не возбранялось открывать начальные школы, разумеется, по утвержденной властями программе. Это сразу придало возможностей для расширения образовательной сети. Городские думы (которым, кстати, реформа местного самоуправления предоставила широкие полномочия) в соответствии с духом времени выделяли немалую долю муниципальных средств на школьные нужды. По статье «образование» расходовалось (данные 1895) около 12% городского бюджета.

По статье «образование» расходовалось (данные 1895) около 12% городского бюджета

Народная аудитория. Фотография Д.Маркова. Киев. 1912.
Из книги Ашота Арутюняна «Старый Киевъ»

Учиться в начальных школах дети могли бесплатно. Это касалось крайней мере так называемых одноклассных народных училищ (фактически речь шла об обучении элементарного курса в течение 3-4 лет), где преподавали Закон Божий с церковнославянским языком, русскую письменность, чистописание, арифметику, а также пение, рисование, гимнастику, для девочек - рукоделия. То же можно сказать о церковно-приходские школы, которые открывались при храмах. Но в Киеве сложилась также система двухклассное училище, где после начального курса дети еще два года изучали математику и русский, историю и географию, получали навыки черчения и даже изучали иностранный язык (чаще немецкий). Сюда шли потомки более или менее благополучных горожан, те, кто не стремился к гимназий и университетов, но хотел все же быть «на уровне». За обучение в двухклассное училище нужно было заплатить символическую сумму - 5-10 руб. за год.

Материальная доступность начальной школы была не единственной ее приманкой. Параллельно с реформой образования проходила военная реформа, которая провозгласила всеобщую воинскую повинность и шестилетний срок действительной службы. Фактически ее отбывали полностью только неграмотные. Даже минимальной начального образования хватало, чтобы срок уменьшился до четырех лет. Двухклассная начальная школа «съедала» еще год. Ну а среднее образование сокращала действительную службу до полутора лет, выше - только до полугода, после чего парень оказывался в запасе. В результате уже в 1897 году количество грамотных жителей города превысила 55% и продолжает расти.

Скудный бюджет образования

С тех средств, которые город тратил на образование, значительная часть приходилась на аренду помещений. Ведь народные училища открывались десятками, специальных зданий для них не было, поэтому приходилось нанимать частные дома.

Третья гимназия. Гравюра 1900-е гг.
Из книги Ашота Арутюняна «Старый Киевъ»

Современный вид здания

Не все они устраивали педагогов. Так, с 1887 года 3-е Киево-Подольское городское училище в течение трех лет арендовало верхний этаж в доме, принадлежавшем священнику Крестовоздвиженской церкви на Кожемяках Матвею Бутовском (на улице Воздвиженской) за плату в размере 500 руб. в год. Воспитанники этого училища чувствовали себя очень неуютно. Преподаватель Крыжановский сообщал инспектору народных училищ: «Двор, предназначенный для гуляния учащихся, не соответствует своему назначению. Во-первых, очень мал и со всех сторон окружен строениями; во-вторых, хозяин дома насадил деревьев и таким образом еще уменьшил двор; в-третьих, как сам хозяин и его дворник, так и его жители не позволяют ученикам вверенного мне училища играть даже в обычную игру с мячом. Не раз таскал за уши учеников сам хозяин дома о. Бутовский за то, что дети во время игры кричали ».

Впрочем, отцы города занимались школьным строительством. В частности, для этого делали муниципальные облигационные займы: проценты по облигациям обходились дешевле, чем арендная плата. Однако со школьными помещениями все равно было трудно.

4-я Киевская гимназия

И на помощь приходили меценаты, которые дарили Киеву готовы должным образом оборудованы дома. Прежде всего следует вспомнить добрым словом семью Терещенко. Знаменитый благодетель Николай Терещенко предоставил городу 100 тыс. Руб. на строительство нового школьного корпуса, а еще 50 тыс. неприкосновенного капитала, проценты с которого шли бы на содержание училища. Правда, смерть помешала филантропу воочию увидеть результаты своего пожертвования. Его замысел осуществил сын Александр Терещенко, который добавил от себя еще 240 тыс. В результате на Ярославовом Валу построили замечательную здание (на ее проект даже объявили конкурс), где с 1906 года сразу в 4 параллельных классах учились более 180 мальчиков и примерно столько же девушек . Теперь в стенах бывшего народного училища имени Терещенко действует театральный вуз имени Карпенко-Карого. Но внимательный взгляд найдет на фасаде инициалы щедрых жертвователей: «НТ» и «АО».

Орден за гимназию

Орден за гимназию

Женское училище им. К. Ушинского. 1900-е гг.

Несмотря на рост грамотности, полноценная среднее образование, что открывала дорогу в высшую школу, считалась уделом избранных. В Киеве средние учебные заведения готовили абитуриентов для различных высших учебных заведений: гимназии - для университетов, реальные училища - для политехникумов, коммерческие училища - для аналогичных институтов, художественное училище - для Академии искусств, музыкальное училище - для консерватории. Курс народного училища был, так сказать, тупиковым, то есть свидетельство о его окончании не могло заменить обучение в младших классах гимназии.

Поскольку казенных средств на образование не хватало, государство всячески поощряло инициативу меценатства. Были официально введены должности так называемых почетных попечителей, почетных охранников. Чтобы получить такой статус, богач-благотворитель обязывался предоставлять учебному заведению регулярную и весомую материальную помощь. Зато его формально принимали на государственную службу, за которые предоставляли выслугу, чины, ордена, а в перспективе - потомственное дворянство, не говоря уже о благосклонное внимание высших лиц. Предпринимателям это льстило. К примеру, из той же семьи Терещенко старый Николай был почетным попечителем Первой гимназии, его брат Федор - второй, а сын Александр - Третьей (потом сменил умершего отца в Первой). Особенно активно спонсировали предприниматели старейшую и самую популярную женскую гимназию Киева - Фундуклеевскую. Началось с того, что во время ее основания экс-губернатор Иван Фундуклей щедро обеспечил новое учебное заведение помещениями и доходами. А в дальнейшем почетными смотрителями Фундуклеевской гимназии были такие выдающиеся бизнесмены, как Лазарь Бродский, Моисей Гальперин, Лев Гинзбург, Михаил Дегтерев, Давид Марголин, Николай Терещенко.

А в дальнейшем почетными смотрителями Фундуклеевской гимназии были такие выдающиеся бизнесмены, как Лазарь Бродский, Моисей Гальперин, Лев Гинзбург, Михаил Дегтерев, Давид Марголин, Николай Терещенко

Фундуклеевская гимназия.
Открытка Д. Маркова. Киев. 1911
Из книги Ашота Арутюняна «Старый Киевъ»

Народное училище в Липках.
Открытка А. Рихрета. Киев. 1910
Из книги Ашота Арутюняна «Старый Киевъ»

Гимназиям, которые открывали в периферийных частях города, помогал «участковый патриотизм» ближних жителей. Ради того, чтобы их дети могли учиться вблизи дома, состоятельные жители окраин готовы были пойти на жертвы. Так, в 1890-е годы, когда решался вопрос о расположении Киевской 4-й гимназии, домовладельцы местности Новое Строение добились ее строительства ближе к ним (по улице Большой Васильковской), а решающим аргументом стала собранная ими сумма 20 тыс. На строительные расходы.

В следующем десятилетии аналогичный вопрос решался по поводу 6-й гимназии. Здесь активность проявили Лукьяновке. Хотя их возможности были более скромные и удалось собрать лишь 2761 руб., Дело было сделано: гимназия «застовпилася» на Лукьяновке (на современной улице Мельникова).

Иногда новые школы становились будто памятниками выдающимся людям. К примеру, дочь великого педагога Константина Ушинского Мария Пото до 1901 года на собственные средства построила училищный корпус на Фундуклеевской, и народной школе, которая разместилась в нем, присвоили имя ее отца. Ученики и поклонники знаменитого финансиста Николая Бунге скинулись и организовали сооружения роскошного дома в Липках для двухклассного училища в его честь (открылось в 1904 году; ныне - админкорпус на углу улиц Липской и Орлика).

Сложнее было завещанию выдающегося деятеля народного образования Сергея Грушевского. Он ответил 100 тыс. На создание начального училища, которое его сын, знаменитый историк и будущий глава Центральной Рады Михаил Грушевский, решил основать в Киеве, на далекой, почти без школ, окрестности - Куреневке. Отцы города согласились на то, что училище будет носить имя Сергея Грушевского и в оформлении фасада дома проявится украинский национальный стиль. Конце 1911 года состоялось торжественное освящение нового очага знаний на нынешней улице Фрунзе. Но потом, в начале 1914-го, чиновники Министерства народного образования потребовали лишить училище имени Грушевского-отца: с ними, мол, не согласован. Впрочем, не исключено, что настоящей причиной был последовательный «малороссийский сепаратизм» Грушевского-сына. Однако Михаил Сергеевич поступил решительно. Его аргумент был простым и убедительным: либо народной школе возвращают имя Сергея Грушевского, или проценты с завещанного отцом капитала на содержание училища - более две тысячи в год - больше не отпускать. И деньги оказались сильнее идейные предубеждения. Министерство уступило.

Министерство уступило

Школа им. Грушевского.
Рисунок. Кон. XIX в.
Из книги Ашота Арутюняна «Старый Киевъ»

Современный вид (спрятан в деревьях :)
ул. Фрунзе, 164

Оценки матушку и папочку

На образовательной карте старого Киева оставалось место и для сугубо частных школ На образовательной карте старого Киева оставалось место и для сугубо частных школ. Им, в отличие от государственных, обычно удавалось сводить положительный финансовый баланс: умные директора умели минимизировать накладные расходы без ущерба для дела. Однако создавали такие школы отнюдь не для дохода - он был небольшим по сравнению с обычным предпринимательством. И не ради тщеславной элитарности, поскольку престиж государственных гимназий был достаточно высоким. Конечно, случались исключения. К примеру, о частной женской гимназии Александры Дучинской говорили, что здесь «оценки ставились в зависимости от богатства и чина родителей», потому сановные родители недалеких барышень щедро платили за приличные аттестаты своих дочерей. Но, как правило, основатель частного учебного заведения искренне стремился воплотить в нем те педагогические или общественные принципы, не находил в существующих школах.

Нередко частные школы Киева несколько отходили от российско-монархических догм, навязанных Петербургом. Среди прогрессивной интеллигенции пользовалась популярностью частная гимназия Владимира Науменко на Ярославовом Валу. Владимир Павлович, педагог от Бога, был неутомимым исследователем и пропагандистом украинской культуры, несмотря на многолетние преследования властей. Хотя в своей гимназии он был вынужден принять официальную программу и русский язык обучения (без этого не давали лицензии), но даже в ее рамках вдумчивые педагоги вкладывали в юные души интерес и любовь к родному краю. Типичным «науменкивцем» был знаменитый воспитанник гимназии Максим Рыльский.

Другой педагог-либерал - чех по происхождению Вячеслав Петр - открыл свою гимназию возле Софиевской площади. Но столкнулся с рядом препятствий и был вынужден отказаться от своего детища посреди учебного года. Однако родители учеников не растерялись. Они выбрали инициативный комитет и сами взяли в свои руки управление школой, получившей название «гимназия Группы родителей».

Своеобразная «демократическая элитарность» была присуща оригинальном учебному заведению Киева - Коллегии Павла Галагана. Ее основатель - богатый помещик-украинофил Григорий Галаган - созданием школы по программе старших классов гимназии увековечил память безвременно умершего сына Павлика. Коллегия была закрытым заведением, где ученики учились и жили. Часть их вступала на деньги (обучение с полным пансионом обходилось в солидную сумму - 750 руб. В год), а часть, из бедняков, которые сдали вступительные экзамены, была на полном обеспечении Коллегии. Все воспитанники - богатые и бедные - жили бы одной семьей, а преподаватели прививали им высокие качества, которые Григорий Галаган находил и в своем сыне. В доме Коллегии Павла Галагана на нынешней улице Богдана Хмельницкого сейчас находится Национальный музей литературы.

В доме Коллегии Павла Галагана на нынешней улице Богдана Хмельницкого сейчас находится Национальный музей литературы

Григрорий Галаган (в центре) и его Коллегия

Коллегия Петра Галагана. Гравюра. 1900-е годы.

Из книги Ашота Арутюняна «Старый Киевъ»

Других взглядов придерживался основатель частной мужской и женской гимназии священник Михаил Стельмашенко, член местного Клуба русских националистов. Для него даже государственные школы были слишком либеральными, и он воспитывал своих гимназистов в духе монархической идейности и благонамирености. Евреи вообще не имели права учиться в этом заведении. Священник Стельмашенко имел репутацию преданного слуги царя-батюшки, и в Петербурге ему отвечали взаимностью. Не без поддержки власти он раздобыл средства на строительство солидного гимназического здания в Рыльском переулке. Для церкви при учебном заведении Стельмашенко государь подарил икону Божьей Матери. Новый дом, открывшийся 1910 года, мог вместить более 500 учеников мужской и около 300 учениц женской гимназии. Здесь же был интернат на 80 мест. Гимназистов с буквой "C" на кокарде фуражки называли в Киеве «стельмашенкивцямы» или просто «стельмашакамы».

Несмотря на все усилия директора, монархические идеи не укоренились в детских умах достаточно глубоко. По воспоминаниям детского писателя Николая Носова, который учился здесь, гимназисты своеобразно откликнулись на свержение царя: «В нашем представлении слово« революция »было равнозначно словам« свобода »,« свобода ». А свобода, по нашему мнению, была, когда каждый мог делать, что ему заблагорассудится, и не делать, чего не хочется; следовательно, мог бы и не учиться, потому что учиться нам вообще-то не хотелось ». И поэтому, едва услышав о революции, «стельмашакы» наплевали на присутствие учителя и бросились вон из классов. «Все мы с диким визгом, криком и гиканьем ринулись вниз по лестнице, словно лавина с гор, и, выбежав на улицу, стали рвать свои тетради, дневники и даже учебники. Весь коротенький Рыльский переулок был густо усеян вырванными страницами из книг и тетрадей ... »

»

Первое коммерческое училище на Бульварно-Кудрявской улице.
нач. 1900-х гг.
Из книги Ашота Арутюняна «Старый Киевъ»

Частное образование значительно помогала преодолевать проклятое национальный вопрос и детям из еврейских семей. Во времена царя действовала «процентная норма», согласно которой количество учеников-евреев регламентировалась, составляя, в частности для Киева, не более 5% всех учащихся. Но это касалось государственных учебных заведений, а для остальных эта деталь отдельно оговаривалась в их уставах. Пожалуй, самый оригинальный вариант применили в 1-м коммерческом училище, на улице Бульварно-Кудрявской (ныне Воровского). Там решили предоставлять еврейским юношам ученические вакансии в той пропорции, в которой их единоверцы участвовали в расходах на содержание училища. И единоверцы постарались, взяв на себя львиную долю бюджета училища.

Главное, чтобы отчет совпадал

Главное, чтобы отчет совпадал

архитектор Владимир Николаев

В феврале 1904 года директор Киевского художественного училища получил письмо от Председателя местного Литературно-артистического общества. Последний сообщал, что общество по просьбе одного из воспитанников училища вносить за него полугодовую плату за право учения и вносит и в дальнейшем. На первый взгляд, обычное деловое послание. Но оригинальность его заключалась в том, что директором училища и председателем общества был один и тот же человек - известный киевский архитектор Владимир Николаев. Поэтому упомянутое письмо он написал самому себе. Пусть со стороны это выглядит бессмысленным, зато в финансовой отчетности училища все было в ажуре.

© 2008-2011 ОАО "Нарьян-Марский объединенный авиаотряд"